Город в ногах рассыпается лужами, небо на нервах - до звона гитарного, жизнь пробегает от завтрака к ужину, насмерть ломает и учит жить заново. В ярком рассвете и в хриплой полуночи, В мрачных подвалах и храмах намоленных, В гордых высотках и тоненьких улочках - Где бы я ни был, везде вижу воронов. Я сумасшедший, а, может быть, раненый, кровью истекший да к черту загруженный? Вороны могут быть разными странами, Вороны могут быть чьими-то душами. Цепи вопросов, клеймом откровения, я словно нищий лежу на обочине, Я задолбался цепляться за белое, Что ни попытка – в награду пощечина. Хочется сдаться – пускай рассыпается, Пусть заклюют ненасытные вороны, Я как состав, что отходит от станции, только не знает, в какую же сторону. Черные птицы как некие призраки - тени ошибок под крыльями собраны. Мне бы как воздух кого-нибудь близкого Или я сам навсегда стану вороном. (с) Дикон Шерола / Deacon